Ферстаппен — «мечта пиарщика» и эталон Red Bull
Алан Пермейн, руководитель Racing Bulls, назвал Ферстаппена «мечтой для пиарщиков» и «эталоном» — и рамку стоит сразу поправить. Пермейн говорил не о статусе Макса внутри Red Bull, а о том, что его юниорам, Лоусону и Линдбладу, полезно иметь такой ориентир. К тому же он работает внутри той же структуры, которая изо всех сил старается удержать пилота: комплимент от заинтересованной стороны, а не независимая оценка.
Но сам тезис проверяется. Идеальный измеритель — Исак Хаджар: воспитанник той же программы, поднявшийся в 2026-м в Red Bull напарником Ферстаппена. Мы посчитали рабочий темп по всем сессиям сезона, где есть сопоставимые круги. Ферстаппен быстрее в 11 случаях из 12. По плотным выборкам (36+ кругов) медиана преимущества — около 0,39 с/круг: Шанхай +0,381, Сузука +0,787, Монреаль +0,218, Барселона +0,940, Шпильберг +0,382, Сильверстоун +0,395. В квалификациях счёт 5:2 в пользу Макса; в Мельбурне и Майами протокол не проставил позицию одному из пилотов, и эти уик-энды в счёт не вошли. Единственная сессия за Хаджаром — спринт в Монреале, и то на 0,099 с/круг, в пределах шума. Крупные цифры вроде Мельбурна (+2,1 с) и Майами (+1,5 с) в вывод не берём: сопоставимых кругов там набралось 8 и 3 — это уже не измерение, а случайность.
Так что «эталон» — не пиар-формулировка, а факт. Неудобно другое: очковая таблица рассказывает прямо противоположную историю. После девяти этапов у Ферстаппена 76 очков и седьмое место — впереди оба Mercedes (Антонелли 179, Расселл 154), обе Ferrari (Хэмилтон 147, Леклер 108) и оба McLaren. У Хаджара на той же машине 52 очка, разрыв всего 24, причём 9 из них Макс набрал в спринтах, где новичок не взял ни балла. Сама Red Bull в Кубке конструкторов только четвёртая, со 128 очками.
Обычно такое списывают на три схода Макса — Китай, Монако, Сильверстоун. Но у Хаджара их два, Мельбурн и Майами. То есть пилот, который почти в каждой сессии быстрее напарника на четыре десятых, при сопоставимом невезении привёз ему за полсезона всего 24 очка. Вот настоящая цена ситуации.
Отсюда и разговоры про перформанс-клаузулу — тут нужна осторожность: о ней пишут журналисты, текста контракта не видел никто, а главное — ни один пересказ не называет порог. «Топ-2», «топ-3», что-то ещё — неизвестно, поэтому арифметика даёт два ответа вместо одного.
Если условие про итоговое место в чемпионате, не закрыто ничего: впереди 13 гонок и два спринта, то есть 341 очко, а до третьей строчки всего 71. Если про позицию к летнему шатдауну — считаем остаток: Спа и Венгрия, оба без спринтов, максимум 50 очков, потолок Макса 126. Антонелли, Расселл и Хэмилтон недосягаемы, даже если больше не наберут ни балла: топ-3 к шатдауну арифметически мёртв. Четвёртое место ещё живо, но для этого Макс должен выиграть обе гонки, а Леклер за два уик-энда взять не больше 18 очков. Значит, «клаузула сработала» — корректный вывод только при пороге «топ-3» и выше; при «топ-4» дверь пока приоткрыта.
Дженсон Баттон, чемпион 2009 года и комментатор без интересов в паддоке, советует Максу быть «безжалостным и эгоистичным» и допускает переход в Mercedes — говорит человек, который сам однажды угадал с переходом. Ральф Шумахер уверяет, что после Сильверстоуна отношения надломились, но его прогнозы стоит принимать со скидкой: он регулярно первым объявляет о разрывах, которые потом не случаются.
Похоже, обе стороны правы, просто про разное. Ферстаппен и правда лучший в паддоке по чистой скорости, цифры подтверждают это без оговорок. Но «эталон» превратился для Red Bull во внутреннюю проблему, а не в актив: когда пилот вытаскивает четыре десятых из машины, которая четвёртая, комплименты про имидж и работу с инженерами звучат как то, что говорят, когда про результат сказать нечего. Уход решается не пиаром, а тем, покажет ли Red Bull в 2027-м машину, ради которой стоит терпеть.