Бен Сулайем: Кристиан Хорнер вернётся в Формулу-1
Кристиан Хорнер впервые за год появился в паддоке — в Сильверстоуне, — и президент FIA Мохаммед бен Сулайем тут же заявил, что тот вернётся в Формулу-1. Дальше начинается самое любопытное: одну и ту же реплику каналы передали по-разному. Sports.ru: «Он вернётся. Не мне говорить, куда именно, хотя я знаю». Simply Formula «хотя я знаю» убрала, зато добавила заступничество: «Все совершают ошибки. В конце концов, Кристиан никого не убил, не ездил пьяным за рулём. И он может добыть результат для любой команды». А украинский F1 Insider приводит продолжение, которого нет больше нигде: «Очень хотел бы увидеть его в Ferrari, но это будет Aston».
Разница не косметическая. В одной версии перед нами интрига без содержания — глава FIA знает, но молчит. В другой он сам называет обе команды и фактически отвечает на вопрос «куда». Чья расшифровка полнее, установить нельзя: это пересказы телеграм-каналов, а не стенограмма, и F1 Insider — агрегатор, а не тот, кто держал микрофон. Так что осторожное «ничего конкретного не сообщил» вполне может оказаться следом сокращения, а не осмотрительности спикера.
Но даже полная версия весит меньше, чем кажется. Бен Сулайем возглавляет регулятор, а не кадровую службу: он не нанимает руководителей команд, не сидит в переговорах об акциях и ничем не рискует, рассуждая о чужом трудоустройстве. Его слова — барометр настроений паддока, а не утечка о готовой сделке.
Если всё же принять «Астон» всерьёз, всплывает вопрос, который источники обходят: а на какое место там Хорнер? Командой уже руководит Эдриан Ньюи — сразу и team principal, и технический директор. 12 июля он публично признал вину Aston: при разработке AMR26 не слушали Алонсо и Стролла. Сезон катастрофический — одно очко за девять этапов, и то у Алонсо, пятый уик-энд подряд обе машины на последнем ряду решётки, а Лоуренс Стролл, по формулировке F1News, «вряд ли ждал такого результата, планируя свои инвестиции». Мотив что-то менять есть. Но Хорнер в Aston означает либо урезание полномочий Ньюи, с которым они годами работали бок о бок в Red Bull, либо позицию над ним: уровень CEO или доли в капитале. Ни один источник этого не разбирает; RacingNews365 лишь честно фиксирует, что сценарии камбэка раскалывают паддок. BYD из списка вариантов стоит вычеркнуть сразу: 10 июля вице-президент концерна Стелла Ли фактически дезавуировала слухи о приходе в Ф-1 — конкретного проекта нет, всё «на уровне мечты». Да и с Хорнером её компанию никто не связывал.
Нам интереснее слухов другое: Хорнер расходится сам с собой. 10 июля он через The Times перечислил условия возвращения, а 12-го обронил: «Я не скучаю по политике и всей этой ерунде в Ф1» — с бывшими коллегами общается, по гонкам скучает, по закулисью нет. Так говорит человек, который хочет вернуться на своих условиях и никуда не спешит. Косвенно это подтверждает Ферстаппен, признавшийся 8 июля, что созванивается с ним чуть ли не каждую неделю.
А вот соблазн связать провал Red Bull с уходом Хорнера мы бы придержали: команда идёт четвёртой в Кубке конструкторов без единой победы, но 2026-й — первый год нового регламента и собственной силовой установки, и это инженерная история, не менеджерская. Настоящий риск для Хорнера в другом — в шлейфе. За одну неделю Марк Уэббер припомнил ему знаменитое «неплохо для второго пилота», а Перес рассказал, что при переходе ему прямо объяснили: вторая машина в Red Bull существует «потому что так надо». Оба — экс-пилоты с личной обидой, скидку на это делать нужно. Но 22 октября выходят мемуары, и разговор станет громче ровно тогда, когда Хорнера будут нанимать.