«Ред Булл» прибавил в моторе без новых деталей, а Хорнер рассказал, почему не сложился союз с «Порше»
4 октября в Сепанге «Ред Булл» (Red Bull) впервые выиграл гонку с мотором собственной постройки. Откуда взялась скорость, The Race объяснил Бен Ходжкинсон (Ben Hodgkinson), технический директор «Ред Булл Пауэртрейнс» (Red Bull Powertrains): дело в настройке. Новых деталей, по данным издания, мотор не получал, да и не мог получить: FIA дважды признала его эталоном для ADUO. Эта система разрешает дополнительные доработки только тем, кто от эталона отстаёт.
Прибавку дала калибровка, то есть настройка того, как мотор согласует мощность, расход топлива, сбор и отдачу энергии. Зимой отдача мотора команду не устраивала, его дорабатывали дольше плана, и на настройку времени не хватило: сезон начали с сырыми калибровками. Заметный шаг, по словам Ходжкинсона, случился между Баку и Сепангом, помогла и работа с инженерами шасси. До того, что мотор показывает на стенде, запас ещё есть. Систему сгорания Ходжкинсон называет капризной «дивой». К 2027 году, когда поменяются ограничение расхода топлива и давление наддува, её доработают уже в железе.
Telegram-канал Simply Formula связал прибавку с правом менять мотор ради надёжности и безопасности, которое действует и вне ADUO. Ходжкинсон же объясняет прибавку этого сезона только настройкой и работой с шасси.
Предысторию в интервью Autosport рассказал Кристиан Хорнер (Christian Horner), бывший руководитель команды. В 2022 году «Ред Булл» вёл переговоры с «Порше» (Porsche): в австрийской части компании сомневались, что конкурентный мотор удастся построить самим. Побывав в Вайсахе, Хорнер решил, что его люди в подготовке далеко впереди, а союз на равных потребует слишком многих компромиссов. Камнем преткновения, по данным RacingNews365, стало желание «Порше» получить половину Red Bull Technology. Партнёром стал «Форд» (Ford), пообещавший не вмешиваться в работу специалистов. Многих инженеров, включая Ходжкинсона, Хорнер переманил из моторного подразделения «Мерседеса» (Mercedes). Фразы «а в „Мерседесе“ мы делали так» звучали так часто, что название соперника на совещаниях запретили и стали звать его «командой Б».
Версию Хорнера стоит читать с поправкой. Проект запускал он сам, и теперь, когда мотор выигрывает, ему выгодно напомнить, чьё это было решение.
Макс Ферстаппен (Max Verstappen), чьи слова приводит RaceFans, признал, что в начале сезона машиной порой было страшно управлять, а с Баку она стала куда сбалансированнее. Технический директор команды Пьер Ваше (Pierre Waché) сказал RacingNews365, что такой точной обратной связи инженерам не давал ни один другой пилот на его памяти.