Перес перед стартом в Cadillac: «В Red Bull все работали на Ферстаппена»
Разговор случился в подкасте High Performance 13 июля. Перес пересказал свою первую встречу с Кристианом Хорнером при подписании контракта — фразу, которую запомнил дословно: «Мы выезжаем на гонки двумя машинами, потому что обязаны, иначе были бы счастливы ехать одной». Дальше — про то, что вектор развития, инфраструктура и апгрейды были заточены под Ферстаппена: с каждой новой партией компонентов разрыв с напарником не сокращался, а рос.
Карикатуры мексиканец при этом не рисует. Он говорит, что Хорнер и Хельмут Марко искренне радовались его победам, и отдельно отмечает, что за четыре сезона сохранил один и тот же инженерный состав — в Red Bull это редкость. Так звучит не обиженный человек, а тот, кто считает, что описал систему верно.
Слушать его всё равно стоит с поправкой на положение говорящего. Версия «команда была устроена против меня» объясняет увольнение обстоятельствами, а не результатом, и звучит ровно в тот момент, когда Пересу нужен кредит доверия под запуск Cadillac. Хорнера в материалах нет — это одна сторона истории, вторая молчит.
Проверить тезис можно косвенно: если Red Bull остаётся командой одной машины, то и новому напарнику Ферстаппена должно быть тяжело. По сумме сезона со спринтами у Макса 76 очков, у Исака Хаджара — 52, и разрыв в 24 очка за девять этапов на разгром не тянет. Только эта цифра меряет не скорость, а надёжность: в пяти уик-эндах из девяти кто-то из двоих сошёл, и очки распределила поломка. Если по нашему пересчёту оставить четыре гонки, где до финиша добрались оба, Ферстаппен впереди во всех четырёх, а в квалификациях и спринтах его перевес тоже никуда не девается.
Осторожность здесь обязательна: ровно те же протоколы одинаково хорошо описываются и словами Переса, и куда более скучным «Ферстаппен быстрее любого напарника, кого ни посади». Развести эти две версии по результатам невозможно — они рисуют одинаковую картинку, и наш пересчёт тут судьёй быть не может. Что числа делают наверняка, так это лишают тезис Переса статуса личной обиды: сменился пилот, сменился год, машина перестала быть доминирующей — расклад внутри гаража прежний.
К самому Пересу цифры безжалостнее. У Cadillac за девять этапов ноль очков на две машины, лучший результат мексиканца — четырнадцатое место. Напарника он возит уверенно, и для 36-летнего пилота после года паузы, да ещё против бывшего гонщика Mercedes, это приличная заявка. Но объявленную цель камбэка — доказать, что дело было не только в нём — на машине последнего ряда закрыть нельзя: там просто нет шкалы, на которой такое измеряют.
И всё-таки структурный аргумент честнее, чем его подача. Red Bull годами строил процесс вокруг титульного пилота, и ставка была рациональной — она принесла титулы. Издержка модели — второй гонщик как расходник, список длинный: Гасли, Албон, Перес, Лоусон. Ирония 2026-го в том, что ставка перестала окупаться. Ферстаппен идёт седьмым в чемпионате, впереди него — три команды целиком, обеими машинами. Команда одной машины, которая больше не выигрывает, превращается просто в команду с одной машиной. И спор Переса с Red Bull незаметно съезжает с вопроса «кто был виноват» к вопросу «стоило ли оно того».
