Фестиваль скорости в Гудвуде: Ньюи впервые вывел RB17, дебют гиперкара McLaren
Гудвуд-2026 прошёл 9–12 июля, в паузе после Гран-при Великобритании, девятого этапа сезона. В этот раз фестиваль не наложился на календарь Ф1, и действующих пилотов приехало непривычно много. Очков за подъём на холм не дают, зато видно, что каждая команда считает своим главным активом.
Главным экспонатом стал RB17. Эдриан Ньюи впервые публично сел за руль гиперкара, который спроектировал ещё в Red Bull и который остался его последним проектом для команды: сейчас Ньюи — управляющий технический партнёр Aston Martin. Лоран Мекис назвал машину «реальным воплощением гения Эдриана», и ничего сверх этой формулы в доступных материалах нет. Вес у неё соответствующий: так говорит руководитель Red Bull Racing, чья работа — превращать наследие ушедшего конструктора в актив, а не оценивать его беспристрастно.
Мы бы вообще не тащили RB17 в спор о гении Ньюи. Его сила в Ф1 всегда была в другом — в умении находить лазейки внутри жёсткого регламента. Гиперкар регламентом не связан, он показывает вкус и инженерную школу, но не то ремесло, за которое Ньюи платят.
Тот же RB17 крутили Исак Хаджар, штатный пилот Red Bull, и Юки Цунода, у которого в 2026-м статус резервиста: боевые кокпиты заняты Ферстаппеном и Хаджаром в Red Bull, Лоусоном и Линдбладом в Racing Bulls. Демо-заезд на гиперкаре с V10 — вежливая форма «спасибо, оставайся рядом».
McLaren привёз MCL-HY, и это не игрушка, а машина McLaren Hypercar Team. В Гудвуде состоялся её трековый дебют: в пятницу и субботу публика впервые увидела машину в движении, ради этого команда отвлеклась от доводки. Цель серьёзная — высший класс WEC и Ле-Ман в 2027-м. Подъём на холм на MCL-HY проехал Ландо Норрис.
Его же на балконе Гудвуд-хауса вместе с Валентино Росси спросили про общий экипаж в Ле-Мане. «Чёрт возьми, конечно да!» — ответил Норрис и тут же оговорился: «У нас слишком много гонок, но раз McLaren идёт в Ле-Ман, то, может быть, в следующем году… нет, не в следующем. Но через пару лет я бы с удовольствием это сделал». Росси парировал: «Я пытался его уговорить, но гонщики Формулы-1 сейчас слишком заняты», — и пообещал дождаться. Ждать непросто: девятикратному чемпиону мира по мотогонкам 47, в автогонках он с 2022 года, в классе GT. «Через пару лет» — это Росси под пятьдесят, романтика тут опережает арифметику.
Там же Норрис признался, что подумывает купить гоночный мотоцикл. Руководитель McLaren Андреа Стелла отреагировал сухо: «Предпочитаю, чтобы Ландо ездил на четырёх колёсах». Это не занудство — контракты пилотов Ф1 обычно ограничивают опасные хобби, и Стелла отвечает за риск, а не за романтику.
Williams тем временем отмечал 30-летие титула Деймона Хилла. Сам он пилотировал FW18, ту самую, на которой в 1996-м одержал восемь побед и стал чемпионом, плюс ещё несколько машин, которые источники не называют. «Машины не стареют — стареют только гонщики», — сказал Хилл. В юбилейной рамке это звучит куда лучше, чем в рамке текущего сезона.
Гудвуд принято списывать в маркетинговую пустышку: гиперкары для миллиардеров, спортивного смысла ноль. Приговор поспешный: гиперкар- и эндуранс-программы — то, куда команды Ф1 девают инженеров и брендовый капитал между циклами регламента, а RB17 с MCL-HY показывают, кто строит вокруг гонок бизнес, а не только считает очки.
Интереснее то, чего в отчётах с фестиваля нет. Витрину держали Red Bull и Williams — по нашим подсчётам это четвёртая команда сезона со 128 очками и восьмая из одиннадцати, у которой их всего 11. А Mercedes, который реально делает сезон-2026 со своими 333 очками, ограничился скромным присутствием — дебютный приезд Антонелли, сцена в фан-зоне Pirelli, фото с механиками Ferrari. Норрис, действующий чемпион мира, катал гиперкары, идя в зачёте пятым, в 82 очках от лидера Антонелли. Закономерность неприятная, зато устойчивая: чем меньше показать в протоколе, тем громче витрина.
